«Зефирки». Байрон Спунер

Мы проехали долину и остановились у озера, которое приметили с вершины горы. Туман поднимался с поверхности воды, нагретой лучами солнца. Мы припарковали машину, заплатив смотрителю за стоянку, который вручил нам буклет с картой, где были отмечены места для кемпинга и туалетные кабинки. У берега озера оказалось не так жарко. Мы шли молча и неспешно. А впереди нас лягушки плюхались в воду, встревожено квакнув и, как по волшебству, исчезали в тине, когда мы проходили рядом.

Слоган стал перечислять разновидности уток, которые с гоготом поплыли на середину озера:

- Вон те серенькие называются серыми утками. Посмотри вон туда. Там американская свиязь. Хотя мы называли их просто-напросто белоголовки в те времена, когда я был твоего возраста. А рядом с ней гоголь обыкновенный. Видишь того с белым пятном на голове? Это малый гоголь. В детстве, когда я жил в Теннеси, этих красавцев было гораздо больше, их было видимо-невидимо. - Слоган всегда вспоминает о своем детстве, мне нравятся его истории, с моей жизнью и не сравнить, это уж точно.

- А куда они улетели? – спросил я.

- Да никуда не улетели, - сказал он. - Их охотники перестреляли.

Мы шли вдоль берега усыпанного галькой, возле пришвартованных лодок и небольших парусников.

Вдруг перед нами пробежала какая-то длинноногая птица, которая мчалась сломя голову. Она передвигалась короткими, беспокойными рывками, держась в пяти метрах от нас.

- А это зуёк. Ты заметил, у него словно крыло не в порядке? Видишь, как он нам свое белое пятнышко напоказ выставляет? Так он хищников одурачивает, притворяясь, что у него крыло сломано, вот он с хищниками-то нас и перепутал. Поэтому в сторону отвести пытается, отвлечь. А если подойти поближе, то он упорхнёт, как ни в чем не бывало. Наверно у него здесь гнездо где-то неподалеку, думаю, спрятано в противоположной стороне от той, куда он побежал.

Мы остановились и наблюдали за птицей, пока она, и впрямь, не улетела.

- Я так понимаю, что план твоего временного переезда ко мне и Еве в Мемфис рухнул?

Слогану и Еве пришел в голову план, в основном это идея Слогана, взять меня с собой в Мемфис, при условии, что они всё-таки соберутся уехать. Там я поживу с ними год или около того. Прошлым летом я уже оставался у бабушки на шесть недель в Форт-Лодердейле, так что переезд на год больше не кажется таким невероятным.

Пару недель назад он сказал мне: “Разве не здорово будет оставить позади эти проблемы, забыть про заваленную школьную четверть? Я просто предлагаю тебе сделать перерыв, поехать вместе с нами. Пожить годик в Мемфисе. Мы устроим тебя в местную школу, чтобы ты смог продолжить занятия, так что ты не отстанешь от сверстников.
Я сам провел детство в Мемфисе. Для мальчика там раздолье. Там полно ребятишек, так что тебе будет с кем проводить время. У нас участок за городом. Раньше он принадлежал моему отцу. Там и амбар будет. В Мемфисе на пять градусов теплее, чем здесь, а в остальном климат такой же”.

С моим отцом и матерью такое не пройдет, особенно с моей матерью. Моя мать просто слетела с катушек, когда услышала. Она называет предложение Слогана бредом сивой кобылы, повторяя: “Я не отдам своего сына этим похитителям”. Все считают, что она преувеличивает, но молчат. Сколько было скандалов и криков из-за этого.

- Ну там всё непросто, - сказал я.

- Понятно, – сказал он. - Шансы были невелики, но я всегда любил рискованные ставки.

- Всё же…

- Пойдем обратно к машине, - сказал он, и мы повернули назад.

- Люди часто сбиваются с пути, - сказал Слоган и я понял, что он имел в виду не заблудившихся туристов. - Их нужно прощать, даже если не в твоих силах помочь им обрести путь.

Я сказал, что уже сообщил родителям, что не поеду.

- Ты вправду не хочешь ехать или сказал так, потому что знаешь, что они тебя не отпустят?

Я минуту обдумывал его слова, пока мы шли.

- Это единственный вариант сделать так, чтобы всё наладилось, - сказал я, - чтобы все были счастливы.

- Счастье остальных не твоя забота, - сказал он. – Я думаю, проблема не только в этом.
А я не считал, что в нашей семье есть проблемы. Просто мир так устроен. Такова жизнь.

Мы прошли возле будки смотрителя, не проронив ни слова, словно боясь, что он может подслушать.

- В общем, я должен тебе сказать, что мы утром уезжаем. Я и Ева. Возвращаемся в Мемфис. Мы решили это сегодня утром.

Я уставился на него.

- Я планировал подзадержаться, пока не закончу кое-какие дела с твоим отцом, - сказал он, - но…

Гравий автопарковки захрустел под его ногами.

- …после того спектакля прошлым вечером и всего… всего дерьма между твоей матерью и Дейви… – так и не закончил свою мысль Слоган.

Потом он сказал:

- Не нужно быть Зигмундом Фрейдом, чтобы понять, что твоя мать злится не на Дейви. Ну или не только на него. Он всего лишь катализатор. На самом деле она злится на твоего отца и на тебя. А еще на меня с Евой. Вот лишь одна из причин, почему нам приходится сматывать удочки, может, твоей маме станет легче, когда мы уедем.