The Raven Scholar by Antonia Hodgson
Ниима Краа младший архивариус третьего класса сидела за письменным столом, вычитывая свою последнюю монографию4. Через открытые двери балкона в комнату просачивался запах гниющих отходов из мусорных баков внизу. Когда ей только предоставили эту комнату, Ниима пыталась перебить зловоние благовониями и свежими цветами, а теперь она его почти не чувствовала.
В дверь постучали. Ниима удивлённо подняла взгляд. Только Каин навещал её здесь, и сейчас это точно не он, по вполне очевидным причинам.
— Кто там? — спросила она, наслаждаясь необычной возможностью задать вопрос.
Дверь открылась, и показался верховный командующий Хол Вабрас, второй по силе и влиянию человек во всём Орруне.
— Ниима Краа.
— Да.
— Мне сказали, что на этом острове никто не владеет кистью также искусно, как вы.
Положив руку на спинку стула, Ниима ответила:
— Всё верно.
Вабрас отступил в коридор, давая возможность пройти двум стражам, сопровождавшим его. Они сразу приступили к делу: освободили место на столе, положили чистую бумагу, кисти, чернильный камень, свиток, запечатанный золотой печатью, и копию XII тома «Законов Орруна» с голубой лентой. Они управились за десять секунд, и Вабрас снова вошел в комнату.
Ниима посмотрела на блёклый серо-зелёный чернильный камень.
— Это же…
— Камень примирения, — подтвердил Вабрас.
Для того чтобы написать «Пять правил», императрица Ястала использовала именно этот чернильный камень. Она собственноручно вырезала его из редкого обломка долрунийского речного камня. Ниима лихорадочно вспоминала все известные ей артефакты, но ничего столь же бесценного не приходило на ум.
Вабрас указал на свиток и произнес:
— Две копии должны быть готовы к закату.
Ниима провела пальцами по золотому воску с пятью линиями. Императорская печать, поставленная его собственной рукой. Невероятно.
— Я бы хотела работать своими кистями. Иначе потребуется время на…
— Хорошо, — Вабрас протянул ей брусок туши размером с большой палец, покрытый рельефным узором в виде пера.
Рассматривая брусок со всех сторон, она восхищалась его невероятным качеством и глубиной цвета, насыщенно-чёрного с лёгким чернильно-синим отливом. Тушь «Воронье крыло» производят на Драконьем острове Гелии; она используется исключительно для написания высших императорских указов. О коронациях. Об отречениях. Или о казнях.
Вабрас взял первую страницу гранок Ниимы и прочитал несколько строк:
— Кетуанские народные сказания.
Ниима ждала привычного непонимания. «Ты историк, а не сказочник». «Эти истории придуманы для детей». «Ерунда». «Тебе заняться нечем? Хватит тратить время на всякую хрень». (Её начальник размашисто написал последние слова прямо на странице гранок. Удручающе.)
— Основательный подход, — произнёс Вабрас.
Насмешка ли это? Ниима не могла сказать наверняка, сегодня она встретила верховного командующего впервые. Не мог же он заинтересоваться её исследованиями. Никто никогда ими не интересовался. Они были важны только для Ниимы и только для неё. По крайней мере, так было до сегодняшнего дня.
Сразу же после окончания обучения в монастыре Ворона она прибыла ко двору. Идеальные оценки, но друзей не было, а без связей получить достойную должность было тяжело. Ни для кого не было секретом, что должность младшая должность была болотом, из которого так просто не выбраться. Все были убеждены в одной простой истине: «Не получишь повышения за два года, будешь ждать его ещё десять лет». Ниима занимала эту должность три года.
— Я всё ещё на первой ступени лестницы, — пожаловалась она недавно начальнику.
— Ты действительно думаешь, что стоишь на лестнице? — спросил он с удивлённой улыбкой на лице.
---- сноски ----
4Краа Н. Аннотированная библиография двенадцати древних кетуанских народных сказаний (Архивы Императорского дворца, 1531 г.).