Учёный ордена Ворона

Нима Краа, младший архивариус третьего разряда, сидела за столом и вычитывала свою последнюю монографию (4). Из мусорных баков через открытые балконные двери в комнату просачивался гнилостный душок. Когда её только определили сюда, она частенько приносила благовония и свежие цветы, чтобы перебить его, но теперь уже свыклась и почти его не замечала.

В дверь постучали. Нима изумленно подняла глаза. Единственным её посетителем бывал Кейн, но на этот раз, по понятным причинам, это был явно не он.

Кто там? - спросила она. Непривычный и оттого даже несколько приятый вопрос.

Дверь открылась. На пороге стоял Командор Хол Вабрас, второй человек в Орруне.
- Нима Краа?
- Да, это я...
- Мне доложили, что на острове нет равных вам в калиграфии.

Нима облокотилась на спинку стула:
- Это правда.

Вабрас вышел за дверь и пропустил вперед двух гвардейцев. Они сразу приступили к делу, расчищая стол, чтобы выложить на него свежую бумагу, кисточки, чернильный камень, свиток с золотой восковой печатью и двенадцатый том Законов Орруна, заложенный голубой лентой. На всё про всё секунд десять, не больше.
Командор снова зашел в комнату.

Нима не могла отвести взгляд от серо-зеленого чернильного камня:

- Это же ..?
- Да, это Камень Мира, - подтвердил ее догадки Вабрас.

Его выточила из редкого Долрунского песчаника сама императрица Яштала, и именно с помощью него был написан Свод Пяти Правил.

Нима судорожно попыталась припомнить хоть что-нибудь, что могло бы составить конкуренцию этому артефакту, но так ничего и не придумала.

Вабрас указал на свиток:
- Два экземпляра. До захода солнца.

Она провела пальцами по золотому восковому оттиску c пятью росчерками. Печать императора, поставленная его собственной рукой! Подумать только!


- Я, пожалуй, воспользуюсь своими кистями, поскольку новые не сразу...
- Хорошо, - перебил её командор и протянул ей брусок туши размером с большой палец. На нем красовался выпуклый узор в виде пера.


Она покрутила брусок в пальцах, восхищаясь его непревзойденным качеством и глубиной цвета - иссиня-черным, с зеленоватым отливом - знаменитое Вороново Крыло. Такую тушь делали только на острове Драконов в Гелии и использовали исключительно для высочайших императорских указов. Коронаций. Отречений от престола. Казней.

Нима перевела взгляд на Вабраса, который держал в руках первую страницу черновика ее монографии. Он прочитал несколько строчек. "Кетуанские сказания".
Она приготовилась услышать уже привычные комментарии о том, что она же, мол, историк, а это разве история... Что это всего лишь сказки для детей и однодневный фольклор. И чем она вообще занимается, зачем тратит время на эту бесполезную чушь? Последний комментарий был начертан прямо на полях рукой начальника архивного отдела. Ну как тут не опустить руки.


- Впечатляюще! - отметил Вабрас.


"Интересно, - думала Нима, которая видела Командора впервые. - Это он так язвит? Или ему действительно любопытно? Что, мягко говоря, крайне необычно. Кого, кроме меня, могут занимать подобные вещи?"


Она прибыла ко двору прямиком из монастыря, принадлежащего ордену Ворона, с превосходными оценками и отсутствием связей. Ей пришлось постараться, чтобы добиться места в архиве. Очевидный факт: чем дольше ты остаешься на младших должностях, тем сложнее продвинуться дальше.

Во дворце же действовало негласное правило: первое повышение - через два года, второе - через десять лет. Нима работала уже три.


- Я, кажется, застряла на первой ступени карьерной лестницы, - посетовала она начальнику архивного отдела. На что тот, натянуто улыбнувшись, ответил:

- Ты полагаешь, ты уже на ней?



4. Краа Нима "Аннотированная библиография двенадцати древних кетуанских народных сказаний (1531 г.)"