«Ворон-учёный» Антония Ходжсон

Ни́има Краа, Младший Архивист третьего класса, сидела за столом, вычитывая последнюю написанную монографию. Из мусорного ведра и сквозь двери, ведущие на балкон, тянуло протухшей едой. Когда Нииму только поселили в эту комнату, она пыталась перекрыть запах благовониями и живыми цветами. Теперь же она едва обращала на него внимание.

В дверь негромко постучали. Ниима удивлённо подняла голову. Никто, кроме Ка́ина, к ней не приходил — и по понятным причинам сейчас это точно был не он.

— Кто там? — окликнула она, радуясь, что наконец может задать такой вопрос.

Дверь открылась. За ней оказался Верховный Командующий Хол Вабра́с — второй по могуществу человек в О́рруне.

— Ниима Краа.

— Да, это я.

— Мне передали, что вы самый умелый мастер на острове.

Ниима положила руку на спинку стула.

— Так и есть.

Вабрас сделал шаг назад, позволяя двум стражникам, которых он привёл с собой, протиснуться внутрь. Они тут же принялись за работу и расчистили рабочее место Ниимы, а затем разложили на столе чистую бумагу, кисти, чернильный камень, свиток, запечатанный золотым воском, и копию двенадцатого тома «Законов Орруна», перевязанного синей лентой. За десять секунд всё было сделано, стражники удалились, и Вабрас зашёл обратно.

Ниима внимательно посмотрела на тусклый серо-зелёный чернильный камень.

— Неужели это…

— Камень Мира, — подтвердил её догадку Вабрас.

Именно этот чернильный камень использовала для написания Пяти Правил императрица Яста́ла. Она же и выточила его из редкого долрунского речного камня. И, сколько бы Ниима ни рылась в памяти, она так и не смогла вспомнить артефакта ценнее.

Вабрас указал на свиток.

— Две копии до захода солнца.

Ниима провела пальцами по золотому воску, отмеченному пятью царапинами медвежьих когтей. Печать императора, оттиснутая его собственной рукой. Уму непостижимо.

— Я бы предпочла пользоваться своими кистями. К новым придётся долго при…

— Хорошо, — Вабрас передал Нииме маленький брусок туши, тиснёный изображением пера.

Она повертела брусок в руках, восхищённая превосходным качеством и глубиной цвета. Густой чёрный, мягко оттенённый индиго — тушь Вороньего Крыла. Её производят на Драконьем острове, Гелии, и используют лишь для важнейших императорских указов: коронаций, отречений от престола… или казней.

Вабрас взял в руки первую страницу монографии Ниимы и прочитал пару строчек.

— Кетуанские народные сказки.

Ниима ожидала услышать уже привычные ей слова: «Ты же историк. Разве это можно считать историей? Это ведь просто сказки для детей. Глупость. Неужели тебе нечем заняться, кроме как разбирать эту бесполезную чушь?». Последнее предложение было накарябано заведующим кафедры Ниимы непосредственно в правках. Весьма удручающе.

— Очень подробно написано, — сказал Вабрас.

Ниима, которой до этого ни разу не довелось встретиться с Верховным Командующим, подумала, что он издевается. Либо же он действительно заинтересовался её работой — что, мягко говоря, было бы невероятно. Всё же, научные исследования Ниимы не были интересны никому, кроме неё самой.

Она прибыла ко двору прямиком из монастыря Воронов. Идеальная успеваемость, ноль друзей. Из-за отсутствия каких бы то ни было связей ей пришлось очень постараться, чтобы занять сносное место. Все вокруг знали: чем дольше ты остаёшься на младшей должности, тем сложнее с неё куда-либо сдвинуться. Во дворце Воронов бытовало правило: «Два года здесь — всегда здесь». Ниима занимала свой пост уже три.

— Я застряла на первой перекладине карьерной лестницы, — недавно пожаловалась она руководителю.

На что он, удивлённо улыбаясь, ответил всего одним вопросом:

— То есть ты считаешь, что ты уже на лестнице?

Примечания

4. Краа, Ниима. Аннотированная библиография двенадцати древних кетуанских народных сказок (1531, Архив Императорского дворца).