The Raven Scholar by Antonia Hodgson

Нима Краа, младший архивариус (третий класс), сидела за письменным столом и правила свою новую монографию4. Сквозь балконные двери в комнату проникала вонь, поднимавшаяся от мусорных баков за окном. Поначалу, когда Ниме только выделили этот кабинет, она пыталась побороть запах с помощью благовоний и свежих цветов. Теперь же она почти не замечала его.


В дверь постучали. Нима удивленно подняла голову. Кроме Каина, здесь ее никто никогда не навещал, но, по понятным причинам, это не мог быть он.


¬ Кто там? – задавать этот непривычный вопрос было приятно.


Дверь открылась, и показался Верховный Главнокомандующий Хол Вабрас. Человек, чья власть в Орруне уступала только императорской.


¬ Нима Краа.


¬ Да.


¬ Мне доложили, что вы лучший каллиграф острова.


Нима положила руку на спинку своего стула.


¬ Все верно.


Вабрас отступил за дверь, чтобы дать возможность двум своим охранникам протиснуться внутрь. Они деловито принялись расчищать стол Нимы, затем разложили чистую бумагу, кисти, тушечницу*, запечатанный золотым сургучом свиток и книгу «Законы Орруна. Том XII», заложенную голубой лентой. В мгновение ока все было закончено, и снова появился Вабрас.


Нима во все глаза смотрела на невзрачную серо-зеленую тушечницу.


¬ Это действительно…?


¬ Да, «Камень Мира», ¬ подтвердил Вабрас.


Та самая тушечница, которой Императрица Ястала пользовалась, когда писала Пять Правил. Вырезанная ее собственной рукой из редкого образчика долрунского речного камня. Нима попыталась вспомнить что-либо столь же бесценное, но не смогла.


Вабрас указал на свиток.


¬ В двух экземплярах. К закату.


Нима провела кончиками пальцев по рисунку из пяти насечек на золотом сургуче. Печать императора, оттиснутая им самим, лично. Подумать только!

¬ Я предпочла бы использовать свои кисти. К новым надо привы…


¬ Хорошо, – Вабрас протянул ей украшенный рельефным узором из перьев брусок туши размером с большой палец.


Нима вертела брусок в пальцах, восхищаясь великолепным качеством и глубиной цвета чернил, насыщенную черноту которых слегка смягчал едва заметный темно-синий отлив. Чернила Воронова Крыла. Произведены на Хелии, острове Драконов, и предназначены для записи самых важных указов императора. О коронациях и отречениях. О казнях.


Вабрас взял первую страницу рукописи Нимы. Прочитал несколько строк.


¬ Кетуанские сказки.


Нима приготовилась выслушать обычные замечания: «Вы же историк, какое это имеет отношение к вашему предмету? Какие-то детские сказки. Фантазии. Зачем вы тратите время на эту чепуху?» (Последний вопрос начальник Нимы небрежно накорябал прямо на гранках, к большому расстройству автора.)


¬ Серьезная работа, ¬ сказал Вабрас.


Нима раньше не имела дела с Верховным Главнокомандующим, поэтому решила, что он над ней насмехается. Или ему на самом деле книга показалась интересной? Тогда он такой первый. Исследованиями Нимы никто, кроме нее самой, не интересовался.


Она прибыла ко двору прямиком из монастыря Воронов, в котором отучилась блестяще, но друзьями не обзавелась. Выпускнице без связей пришлось побороться, чтобы получить приличную должность. Как известно, чем дольше сидишь на одном месте, тем сложнее потом вырваться с него. «Здесь за два года, там за десять» -- так было принято во дворце Воронов. Нима занимала свою должность уже три. Как-то она пожаловалась начальнику своего отдела: «Я застряла на самой первой ступени лестницы.» Ответом ей стала изумленная ухмылка: «Вы полагаете, что вы на лестнице?»


Комментарии

4 Краа, Нима «Двенадцать древних Кетуанских сказок. Аннотированная библиография», (1531, Архивы Императорского дворца).

*Тушечница (или чернильный камень) -- специальный камень для растирания сухой туши. На ней растирают сухой брусок туши с добавлением небольшого количества воды, чтобы получить жидкие чернила.