Нима Кра́, младший архивист 3-й категории, сидя за рабочим столом, вычитывала один из своих последних трудов*. От помойных бочек до балкона и дальше по комнате проплывал кисло-смрадный дух. В первые свои дни здесь, она пыталась обойтись благовониями и свежесобранными цветами. Сегодня же ей было плевать.
В дверь постучали. Нима удивлённо оторвалась от работы. Посетителей у неё отродясь не бывало, кроме Кая, — и понятно, что постучал точно не он.
— Да? — пригласила она, радуясь новой привилегии.
Дверь раскрылась; с порога на неё взирал Хол Вабрас, верховный главнокомандующий. Вторая по значимости фигура Орруна.
— Нима Кра́.
— Да.
— Мне сообщили, вы каллиграф каких не бывает.
Нима непроизвольно вжалась в спинку стула.
— Всё верно.
Вабрас отступил ровно на шаг, тем позволяя протиснуться в комнату двум сопровождавшим его стражам. Те принялись за дело — смели на столе всё, чтобы затем разместить на нём кисти, бумагу, тушечницу, скреплённый золотой печатью свиток и отмеченный закладкой Кодекс Орруна (копия; том 7-ой). Заняло это ровно десять секунд; вошёл Вабрас.
Нима ошеломлённо глядела на ничем не примечательную серо-зелёную тушечницу.
— Неужели это…
— Камень Мира, — подтвердил Вабрас.
Сама императрица Язала пользовала её для создания Пяти Основ, собственноручно же ею написанных готовой тушью из этого редчайшего далранского камня. У Нимы едва не полопались сосуды в мозгу — так рьяно она выискивала в памяти артефакт ценнее…
Вабрас указал на свиток:
— Две копии, до заката.
Нима коснулась золотой печати, провела пальцами пять шрамов. Главная печать Империи, ручище самого Бирсана вдавливала её... Провалиться ей на этом же стуле...
— У меня свой инструмент. Новые кисти требуют…
— Как угодно. — Вабрас вручил ей брусочек толщиной в большой палец, рифли на нём имитировали воронье перо.
Рассматривая, Нима, так и этак вертела его, восхищаясь исключительной чистотой и насыщенностью тона. Едва уловимый индиго в почти осязаемом чёрном. Тушь «Крылья Ворона», из Гелы. Изготавливается на Драконьем острове, храниться строго для имперских нужд особой важности. Коронации, отречения… Казни.
Вабрас подцепил пальцами первую страницу трудов Нимы; начал читать. Он посмотрел на Ниму:
— Сказания народов Кеты.
Нима ждала, что сейчас прилетит как обычно. "Вы же историк, по-вашему это История? Это же просто сказки. Пыль". Или вот: "Чем вы здесь вообще занимаетесь, тратите своё время на откровенную ерунду!?" (Начальник Нимы, слово в слово. Уничижительный опыт.)
— Замечательно.
Нима никогда раньше не встречала Верховного главнокомандующего и решила, что тот просто съязвил. Либо так, либо ему и правда понравилось. Впрочем, верилось в это так себе. Чхать всем им хотелось на её труды.
Ко двору прямиком из Вороньей обители — без друзей, зато с безупречными отметками. Желая большего, и при этом не имея никакой поддержки, она пахала за троих. Но проволо́чки как трясина — все это знают, — и куда сложнее, если ты завязла на старте. Как говорят воро́ны: не взлетишь за два года — пропустишь десять. Нима «взлетала» уже три. "Я третий год на первой паршивой ступеньке", — на днях пожаловалась она начальнику. Тот лишь поднял бровь, заулыбался и спросил: "А разве вас пустили на лестницу?"


_______________________________
* Кра́, Нима. Аннотированная библиография двенадцати древних сказаний народов Кеты / Архив Императорского дворца, 1531.