Ученик Ворона, Антония Ходжсон


Нима Краа, младший архивист третьего класса, сидела за своим рабочим столом и вносила правки в свою монографию. Сквозь балконные двери от мусорных баков тянулся едва слышимый запах протухшей еды. Когда ее определили в эту комнату, сначала Нима не раз пыталась перебить этот душок благовониями и свежими цветами. Теперь же, она едва замечала его.


В дверь постучали, и Нима удивленно оторвала голову от рукописи. Никто кроме Каина не заходил к ней, и, по очевидным причинам, это не мог быть он.


- Кто там? – отозвалась девушка, невольно радуясь возможности задать такой вопрос.


Дверь отворилась, явив за собой Верховного Командира Хола Вабраса, второго по влиятельности человека в Орруне.


- Нима Краа.


- Это я.


- Говорят, Вы самый искусный писарь на острове.


- Да, это так, - ответила Нима, откинув руку за спинку стула.


Вабрас ненадолго вышел из комнаты, чтобы сопровождавшие его два стражника смогли протиснуться внутрь. Они принялись за дело, очистив доску Нимы перед тем, как выложить на нее новую бумагу и кисти, тушечницу, свиток, запечатанный золотым воском и перехваченный голубой лентой. Десять секунд спустя все было готово, и Вабрас вернулся в комнату.


Нима уставилась на тусклую, серо-зеленую тушечницу.


– Это же...


- Камень Мира, - подтвердил Вабрас.


Та самая тушечница, которой Императица Ястала написала Пять Законов, была вырезана из редкого куска Долрунского речного камня. Нима порылась в памяти в попытке вспомнить более ценный артефакт, но в голову ничего не приходило.


Вабрас указал на свиток. – Чтобы две копии были готовы к закату.


Нима провела пальцами по золотистому воску печати с пятью вкраплениями. Императорская печать, поставленная лично им. Невообразимо.


– Я хотела бы писать своими кистями. К новым трудно…


- Хорошо, - перебил ее Вабрас, передавая девушке брусок туши толщиной с большой палец и украшенный рисунком с перьями.


Девушка покрутила брусок, оценив его выдающееся качество и глубину цвета, насыщенную черную основу с легким оттенком синего. Тушь Крыла Ворона, созданная на Драконьем острове Гелии и используемая только для самых важных объявлений императора: о проведении коронаций, отречения от престола. О казнях.


Вабрас взял со стола первую первую страницу корректуры Нимы, прочитал пару строк и произнес: «Кетуанские сказания».


Нима ждала привычных замечаний. «Ты же историк, и чем ты занимаешься? Если это и история, то только для детей. Зачем ты тратишь свое время на подобную чепуху?» (Последняя ремарка была написана рукой главы отдела Нимы на полях рукописи. Это было удручающе.)


- Работа у нас впечатляющая, - сказал Вабрас.


Нима, ранее не знавшая Верховного Командира, приняла это за насмешку. Или это была ирония, либо его действительно заинтересовала ее книга. По правде говоря, в таком случае он стал бы первым человеком, похвалившим ее труд. Кроме самой Нимы, никому не было до ее работы дела.


Окончив учебу в Монастыре Ворона, девушка попала в императорский двор с безупречными оценками, но без друзей. Без связей ей было трудно найти достойную работу. Всем было известно, что чем дольше остаешься на нижней ступени, тем тяжелей подняться выше. «Первое повышение через два года, затем через десять» - таков был порядок в Дворце Ворона. Нима занимала все ту же должность уже три года. «Я никак не продвигаюсь дальше по лестнице», недавно пожаловалась девушка главе своего отдела. Изумленно улыбаясь, он отвечал ей: «Неужели ты думаешь, что ты на лестнице?»


Примечание


4. Краа Н. Аннотированная библиография двенадцати древних кетуанских сказаний. Архивы Имперского Дворца, 1531.