Орден Ворона: Хранительница знаний
Антония Ходжсон
Младший архивариус третьего класса, Нима Краа, сидела за столом, вычитывая свою последнюю монографию.⁴ Сквозь створки балконных дверей лениво просачивался сладковатый запах гниющей еды из мусорных баков. Перебравшись в эту комнату, Нима поначалу изо всех сил пыталась заглушить его благовониями и живыми цветами. Теперь же попросту перестала его замечать.
В дверь постучали, и Нима удивлённо подняла глаза. Обычно кроме Каина сюда никто не захаживал, но, по вполне понятным причинам, это не мог быть он.
— Кто там? — отозвалась она, наслаждаясь редкой возможностью задать этот вопрос.
Дверь распахнулась, и на пороге возник верховный главнокомандующий Хол Вабрас – человек, уступавший в могуществе лишь самому правителю Орруна.
— Нима Краа.
— Да, это я.
— Говорят, у тебя лучший почерк на острове.
Нима закинула руку на спинку стула.
— Так и есть.
Вабрас попятился, освобождая проход двум конвоирам, которые с трудом протиснулись в комнату. Стражники дружно взялись за дело. Освободив письменный стол Нимы, они аккуратно разложили чистые листы бумаги и кисти, а также приготовили чернильный камень, запечатанный золотым сургучом свиток, и двенадцатый том «Законов Орруна» с синей лентой-закладкой. Когда все было готово, Вабрас вернулся в комнату.
Нима уставилась на невзрачный серо-зелёный чернильный камень.
− Это же…
− Камень Мира, — подтвердил Вабрас.
Тот самый чернильный камень, которым императрица Ясхала начертала Свод из Пяти Правил, выточенный ее собственными руками из куска редкого долрунского речного самородка. И сколько Нима ни пыталась, но так и не сумела вспомнить какой-нибудь другой артефакт, способный затмить столь бесценную реликвию.
Вабрас указал на свиток.
⸻ Две копии, к закату.
Нима провела кончиками пальцев по золотому сургучу с пятью глубокими насечками. Императорская печать, запечатленная на воске рукой самого правителя. Подумать только.
- Я бы предпочла использовать свои кисти. Новым нужно время, чтобы…
- Ладно. - Вабрас протянул ей небольшой брусок туши, украшенный тиснением в виде пера.
Она покрутила его в пальцах, восхищаясь исключительным качеством и глубиной цвета: густой черный тон плавно перетекал в синеву индиго. Тушь «Крыло ворона». Ее производили на Драконьем острове Гелия и использовали лишь для важных императорских указов. Коронаций, отречений. Казней.
Вабрас взял первую страницу корректуры Нимы и пробежал глазами несколько строк.
- Кетуанские народные сказки.
Нима ожидала привычных упреков. Ну какой из тебя историк! Разве это история? Так, детские сказки. Однодневки. И зачем только ты тратишь время на эту чушь? (Последнее замечание было нацарапано прямо на корректурных листах самим заведующим кафедрой Нимы. И как тут не опустить руки.)
- Впечатляет, — произнес Вабрас.
Нима мало, что знала о верховном главнокомандующем и поначалу решила, что тот просто решил поиздеваться. Но затем ее обожгла мысль: а что, если он действительно заинтересовался её работой? И это, мягко говоря, стало бы полной неожиданностью. Ведь прежде до научных изысканий Нимы никому и дела не было.
К императорскому двору она прибыла прямиком из стен Вороньей обители: круглая отличница, которая так и не сумела найти друзей. Без связей и поддержки ей с огромным трудом удалось выхлопотать себе мало-мальски достойное место. А ведь каждый при дворе знал: чем дольше ты на побегушках, тем призрачнее шансы прорваться наверх. «Провел здесь два года, проведешь и десять», - таково было негласное правило Вороньего дворца. А Нима уже третий год подряд занимала свою должность. «Я застряла на самой нижней ступеньке карьерной лестницы», посетовала она недавно начальнику отдела. Тот ответил ей изумленной улыбкой: «Ты и правда думаешь, что стоишь на этой лестнице?
Сноски. 4. Краа, Нима, «Аннотированная библиография двенадцати древних народных сказок Кетуана» (1531 г., Архив Императорского дворца).