The Raven Scholar by Antonia Hodgson

Ниима Краа, младший архивариус (третьего разряда), сидела за письменным столом и правила свою последнюю монографию. От помойных бачков, стоявших под балконом, доносился запах протухшей еды. Поначалу, когда Ниима только поселилась здесь, она пыталась перебить запах ароматами ладана и свежих цветов. Сейчас же она почти перестала его замечать.

Постучали. Ниима с удивлением посмотрела на дверь. Никто не навещал ее здесь, кроме Каина, и это разумеется был не он.

— Кто там? — спросила она не без удовольствия.

Дверь распахнулась, на пороге стоял верховный командующий Хол Вабрас. Второе лицо государства Оррун.

— Ниима Краа.
— Да.
— Мне доложили, что у вас лучший на острове почерк.

Ниима вскинула локоть на спинку стула:
— Это так.

Вабрас сделал шаг назад, впуская двух стражников, которых он привел с собой. Оказавшись внутри, те немедля приступили к делу: сперва убрали все со стола Ниимы, затем выложили на него бумагу и кисти, чернильный камень, свиток запечатанный золоченым сургучом и экземпляр «Законов государства Оррун. Том XII”, с закладкой из синей тесьмы. Через десять секунд все было сделано, и Вабрас вновь вошел в комнату.

Ниима не сводила глаз с блеклого серо-зеленого чернильного камня.
— Это же …—
— Камень Мира — подтвердил Вабрас.

Тот самый чернильный камень, которым пользовалась императрица Ястала, когда писала «Пять Правил», тот самый, который она своими руками выдолбила из галечного камня, не обычного — редкого, из реки Долран. Ниима перебирала в уме все существующие артефакты, прикидывая известно ли ей что-то более ценное. В голову так ничего и не пришло.

Вабрас указал на свиток:
— Два экземпляра. К закату.

Ниима обвела пальцем золоченый сургуч с пятью косыми черточками. Печать императора, поставленная собственноручно. Невероятно.

— Я бы предпочла свои кисти. К новым еще нужно ещё приспособиться, и —

— Как угодно.

Вабрас вручил ей чернильную палочку с большой палец величиной, украшенную тиснением под перо.
Она повертела палочку в руках, восхищаясь ее совершенством, любуясь глубиной цвета. Иссиня-черный — цвет воронова крыла. Такие чернила изготавливались в Хелии, на Драконьем острове, и приберегались исключительно для высочайших императорских указов. О коронациях, об отречениях. О казнях.

Вабрас взял в руки первый лист рукописи, которую правила Ниима. Прочел несколько строчек.
«Кетуанские народные сказы».

Ниима ожидала привычных замечаний, далеких от похвалы. «Ты - историк. А это разве история? Ребячьи сказки! Эфемериды. Тратить время на подобный вздор - о чем ты только думаешь?!» (Последнее замечание глава ведомства, в котором служила Ниима, накарябал прямо поперек ее правки. Удручающий момент).

— Основательный труд.

Ниима, которой прежде не доводилось иметь дела с верховным командующим, решила, что он ехидничает. Ну или же всерьез заинтересовался ее работой. Небывалое, если так — никому никогда не было дела до ее изысканий, кроме нее самой.

Она прибыла ко двору прямиком из Монастыря Ворона, с превосходными отметками и без единого друга.

Без связей, не имея ни друзей, ни знакомых, ей пришлось еще побороться, чтобы получить приличное место. Но, как известно, чем дольше ты остаешься младшим, тем сложнее вырасти.
«Сидишь на одном месте два года - просидишь все десять» — эта истина во Дворце Ворона была известна всем. Ниима на своем прослужила уже три.

— Я застряла на самой первой ступени, - пожаловалась она недавно своему руководителю.
Он изобразил улыбку в ответ:
— Кто тебе сказал, что ты вообще на лестнице?

Сноски.
1. Краа Ниима. Аннотированная библиография «Двенадцати древних Кетуанских народных сказов» (1531 г. Дворец Императора, Архив)